Постепенная смена жанра
август 2026
Третий сезон демонстрирует интересную тенденцию: чем дольше Майн живёт в новом мире, тем больше закулисье этого мира поглощает её. Если раньше героиня копалась в деревяшках и ямках, собирала глину и прописывала буковки на дощечке, а затем была целью бесконечной опеки Фердинанда, то теперь Майн вступает на ещё более широкое поле дворянства с заделом на глобальный взгляд на город и регион.
Прогресс в производстве литературы
Майн ни за что не простила бы, если бы мы не обратили внимание на её старания и трудности в вопросе книг.
На момент третьего сезона, конечно, никакой папирус, глина или бамбук уже неактуальны как основа для книгопечатания. А вот с дощечками всё не так просто. Если первые идеи, связанные с деревом, были сожжены матерью для домашних дел, то впоследствии уже Розина на брусках рисовала красивые, детализированные рисунки и текста.
Однако чернила затекали в прорези, плохо отпечатывались на бумаге, приходилось упрощать витиеватые формы, и даже так дело шло медленно. Мимеография в данном случае ещё в прошлом сезоне позволила героине и подопечным создавать гораздо больше книг, но и на этом прогресс остановиться никак не мог.
Двухлетний перерыв между сезонами закончился нашим знакомством с простой схемой: типографской печатью благодаря отливке литер. Поскольку литеры можно переставлять как конструктор, то и страницы получается печатать быстро, чётко и очень недорого в сравнении с ручным трудом нынешних низших дворян.
Однако лишь детский сериал оставил бы это как есть и позволил героям продолжать развиваться в желаемой стези. Авторы достаточно прямо и малость пафосно показывают - любой прогресс в книгопечатании на данном этапе превращается в наступание на горло монополии и дворян. Если Майн приходит и спрашивает “есть ли у вас другой вид чернил”, а рабочий за жизнь свою не слыхал ни о каком ином методе производства - слухи непременно доберутся до нужных ушей и на эти самые уши поднимут любого антагониста.
В данном случае сериал демонстрирует здравую тенденцию вплетать Майн в интриги, которые, казалось бы, не совсем уместны для уютного сериала про книги. Только вот… это больше и не уютный сериал про книги.
Жестокость здешнего мира
Отдельно, пожалуй, стоит пройтись и по иным примерам того, как авторы демонстрируют сложности пребывания в новом мире.
Почему у Майн возникает столько врагов? Конечно, хочется сказать, что авторам попросту удобно рисовать ей кучу антагонистов, чтобы Фердинанд, Дамуэль и прочие ребята казались на их фоне героями и радовали непритязательную аудиторию, но ведь правда не только в этом. Условная мать Шикикозы, сидящая подле графа Булона и Биндевальда, сидит там отнюдь не просто так.
Битва с тромбе из конца предыдущего сезона обернулась предательством того самого Шикикозы, и обычный сериал бы поступил просто - либо подпитывал чувство справедливости зрителя (пафосно и наглядно наказать изменника), либо продвигал концепт милого-уютного (понять, простить, перевоспитать). Наш же сабж удивительно не делает ни того, ни другого. Простой диалог между Фердинандом и Дамуэлем. Последний кротко причитает на жестокую судьбу, но это ведь он и счёл страх перед средним дворянином более внушительным фактором, чем угрозу нарушения приказа высшего дворянина - Фердинанда - и потому Дамуэлю грех причитать на несправедливую судьбу. И женитьба у него оттого расторглась, и в звании понизили, и прав на ошибки лишили. Вполне приземлённый расклад в такой протокольно-рыцарской системе.
А Шикикозу казнили. Ну, вот так вот, в диалоге за обедом раскрыли инфу. Вот такой вот у них миленький и уютненький мир, ага? И неудивительно, что Майн всё пополняет список врагов, ведь само её существование и внедрение косвенно воспаляет систему и вываливает всех гнилых людей наружу.
Смена формата
Как уже было упомянуто, сериал начал уход от уютного общения с семьёй и набора случайных ребят а-ля Йохан в своё пати “гутенбергов” в угоду широкого взгляда и интриг. Для этого Майн фактически вынуждают отказаться от родной семьи и согласиться на удочерение дворянином.
При первом просмотре это вызвало у меня резкое отторжение, ведь как можно променять хорошую, интересную историю про книгопечатание, уют и преодоление исекай-штампов на фэнтезийную дворянскую сказку, где ей вечно палки в колёса вставляют злые антагонисты? Ведь Майн на первый же день зимования уже заскучала по дому! Ведь мы столько наблюдали, как ей трудно было легитимизироваться в этом мире и теле, а затем морально проститься с родной матерью в воспоминаниях! Ведь она наконец ощутила тепло!
Однако сейчас я полагаю, что история не “променяла” свои старые достижения. Напротив, с уважением к уже достигнутому она на этом фундаменте продолжает дальнейшее развитие: Майн получает ещё больше покровильств и связей для того, чтобы сделать производство книг обыденностью для всего нового мира. Палки в колёса - это абсолютно естественный, приземлённый и реалистичный ответ мира на такой решительный прогресс, идущий с самых низов.
Вместе с тем и Фердинанд перестаёт просто покровительствовать. Он фактически выставляет Майн ультиматум, по которому она обязывается учиться контролировать эмоции в обмен на возможность быть с семьёй до исполнения десяти лет (не судьба, увы). Это подаётся под соусом “мы примем меры, если будешь представлять угрозу”, но по факту он угрожает, что они её убьют или предадут суду, если она будет позволять себе и дальше девичье-ребяческое проявление эмоций. Серьёзность пускает корни - и церковь с дворянством не просто для красивого словца, а Фердинанд вам не просто сёдзё-краш.
Таким образом тайтл несколько теряет в ламповости и уюте во благо собственного развития и вполне естественного прогресса истории. И лишь в будущем будет справедливо судить оправдались ли такие амбиции.
Стагнация Делии
В момент, когда Делия расплакалась, осознав, что не приносит пользы и, следовательно, попросту не нужна ни одному из своих покровителей - епископу и Майн - я решил, что это бесповоротный прогресс её личности. Это было ещё в прошлом сезоне.
Что же мы наблюдали в этом? Она всё также ходит к “Его Преосвященству”, всё также сливает инфу и абсолютно также наивно верит и надеется. И самое удивительное, что это ощущается… нормальным. Авторы в меру балансно подали её предысторию раньше, чтобы теперь удивление от отсутствия прогресса в её взглядах не длилось долго. Ребёнок, рождённый без семьи и воспитанный соблазнять, даже стоя на коленях на полу в слезах и отчаянии не обязательно осмыслит своё положение и откажется от епископа.
Более того, даже если бы она это осмыслила, епископ обладает властью в храме и, полагаю, спокойно способен лишить её статуса прислуги Майн и отправить обратно в приют. Хоть приют под влиянием Майн и ко изменился, но у Делии остаются старые воспоминания и травмы, потому такой приговор в любом случае для её психики был бы невыносимым.
Оттого получается, что эдакая драма Делии, появление и положение Дирка - это ещё одна головная боль для Майн, но важно, что вполне реалистичная и вызывающая интерес.
При всём этом сама Майн по-своему не стоит на месте. Она скрывает какую-либо информацию про пожирание у Дирка от Делии, а когда та узнаёт про потенциальное усыновление - вполне спокойно и искренне поднимает диалог в духе “я даже рада, что ты разузнала об этом”, что семья - важно, что она никогда не разлучила бы и не ожидала такой привязанности и всё вот это. Слова красивые, и Делия, конечно, на них ведётся, но спасибо авторам, что совершенно невзначай демонстрируют, что в теле семи-восьмилетней девочки так-то ментально гораздо более взрослая девушка, способная вывернуть диалог в удобное для неё русло.
Проявления детскости сериала
Если взглянуть на послужной список студии Ajiado, то сложно встретить что-то сверхдетализированное или эпичное. Ожидать от них, что им хватит опыта и, что важно, бюджета для красивых сражений совершенно не приходится. Дело в том, что сериалу это так-то не особо и нужно, здесь вся прелесть в изобретениях, интригах, размышлениях, диалогах.
Но финальные серии решили немного разнообразить картину. Напрочь опустевший храм, пустые коридоры. Принуждение к подписанию договора, застава врасплох, количественное преимущество, - ну, тут понятно, в целом от гнили под кульминацию иного не ждёшь.
Прочие же элементы выполнены настолько по-детски и абсурдно, что напоминают мультфильмы двутысячных, где условный Том и Джерри будут делать паузы, карикатурные рожи и звуки, чтобы рассмешить детскую аудиторию. Епископ стоит и держит постепенно переполняющийся маной магический шар. Он всё ярче и ярче, уже ослеплять начинает. Еписком стоит. Продолжает держать и смотреть и держать, выражать удивление и стоять и держать и смотреть. А затем шар от переполнения просто исчезает.
То есть если в теле Майн переполняется мана, то у неё будут прыщи, пузыри, они изнутри закипит и умрёт в адских муках, а если Майн наполнит до ослепления магический шар с той же необузданной и разрушительной энергией, то мы не увидим ни взрыва, ни отталкивания, ни эффекта, ничего. Он просто в свету пропадёт.
Хорошо. Из кабинета выходит Фердинанд, который, оказывается, всё это время прятался в потайной комнате по своим делам. Без вопросов, это было самое очевидное предположение. Майн вынуждают соглашаться на усыновление Сильвестром, чтобы избежать наказания её самой и семьи и приспешников. С одной стороны это неплохо, ведь мир снова рисуется непростым: за нападение на дворянина и епископа подвергают суду. С другой стороны… обсуждение последствий и решения происходят буквально минуту-две посреди коридора в сражении. Мир стоит на паузе, а Майн с Фердинандом философствуют и думают. Майн обращается к папе, оглядывает комнату, строит драму, а тем временем два антагониста ну где-то там за кадром, видимо, милостиво стоят молча и наблюдают. Полумёртвый ребёнок без маны, рыцарь без маны, кровь, да плевать, авторы посреди файта устраивают диалог, а NPC за кадром ждут конца катсцены.
В таких условиях прочие решения начинают тоже казаться куда менее оправданными. Ультиматум об обуздании эмоций Майн был выставлен задолго до сражения. Она его нарушает, а спасается удочерением, окей, без вопросов. Однако визуальный эффект всплеска эмоций в этом отрезке серии происходит, ну, раза три, не меньше. Эмоциональность перестаёт казаться гранью личности Майн, а начинает выглядеть как дешёвый рояль из кустов а-ля Проклятый Щит Наофуми.
В одни моменты - в течение сезона - она поясняет, что уже потеряла одну семью (родную) и теперь не хочет потерять ещё одну, потому и эмоционирует. Потому вдвойне обидно, что дешёвые имитации интересных баталий заклинаниями и позициями загрязняют вот эту умеренно обоснованную личность Урано.
Выводы
Что ж, Гил подкорился новой госпоже по полной, Делия вполне обоснованно осталась при своих позициях, а сам сериал начал заворот на территорию политических интриг во имя всё того же книгопечатания. Это привело и к появлению карикатурных антагонистов, и более чем реалистичных угроз, и новых друзей и этапов жизни главной героини.
Глобально же это ставит перед сериалом новые вызовы, при том наполняя уже пройденные события толикой ностальгии. Справятся ли авторы с тем уровнем амбиций, что возлагает на них первоисточник?